V vs. W? Два музыкальных гения из 1813 годаБолее двухсот лет назад появились на свет два музыкальных подвижника, каждый из которых создал не только выдающиеся музыкальные произведения, но, скорее, собственные оперные миры, очень непохожие один на другой. Гении друг друга не жаловали, вели заочную теоретическую полемику, но встретившись, уже будучи в ранге признанных мэтров, пообщались и разошлись мирно, как интеллигентные воспитанные люди. Хотя, поговаривают, эта встреча – вымысел…

Это были Рихард Вагнер, родившийся 22 апреля 1813 года, и Джузеппе Верди, который родился 10 октября того же года. На самом деле, если отказаться, хотя бы на время, от потрепанной, но все еще модной темы противостояния этих гигантов, и взглянуть на судьбы композиторов повнимательней, то можно найти в них ряд удивительно совпадающих деталей. Словно некая Муза, ответственная за регулярное появления выдающихся композиторов (да не оскудеет ее рука!), разрабатывала параллельно два варианта судьбы и, не сумев выбрать, так и оставила оба – для Италии и для Германии. И оба оказались очень кстати для развития мировой музыкальной культуры.

Рихард Вагнер появился на свет в семье полицейского чиновника, хотя, весьма вероятно, его настоящим отцом был актер и художник Л. Гайер, потом ставший его официальным отчимом. Во всяком случае, юный гений в 15 лет написал свою первую драму, а в 16 – первую музыкальную пьесу.

Джузеппе Верди был сыном трактирщика, торговца-бакалейщика и пряхи. Но его яркая музыкальная одаренность стала очевидной еще в раннем детстве. Как многие его коллеги, старшие и младшие, будущий композитор осваивает музыкальную грамоту, прислуживая в церкви и обучаясь игре у священника-органиста.

И Италия, и Германия в то время представляют собой не единые государства, но пучки небольших княжеств-королевств. Объединения в этих странах произойдут много позже, сложно и болезненно, и обе эти судьбы, человеческие и творческие, пройдут на фоне бурных политических событий.

Изучая музыку в университете города Лейпцига, юный Рихард Вагнер брал частные уроки композиции, уже тогда отдавая предпочтение крупным симфоническим формам. Самостоятельную жизнь он начал, зарабатывая, где и как только можно, руководил хором, дирижировал оркестрами. И все это время сочинял, решительно обращаясь к оперному жанру.

А вот Верди, в свои 18 лет слишком взрослый и «бездарный» для миланской консерватории, в таковую не поступил. Благо, что у него появился состоятельный покровитель, земляк и деловой партнер отца, Антонио Барецци, поддерживавший юного Верди морально и материально. Это дало юноше возможность учиться у частного маэстро Фердинандо Провези, работавшего в театре Ла Скала, и быстро набирать профессиональную форму. Музыкальному сообществу Милана Верди заявил о себе вначале как способный дирижер, дебютировав исполнением кантаты Гайдна «Сотворение мира». Он почти сразу получил заказ на оперу и несколько вокальных произведений. Особого развития этот успех не получил, во многом из-за смерти Провези.

Заметим попутно, что впоследствии Верди, как правило, работал на заказ, а вот Вагнер практически этого не делал. Это принципиальное отличие в их творческих методах, никоим образом, однако, не повлиявшее на последующие масштабные результаты.

Первого значительного успеха Рихард Вагнер добился еще до 30 лет – это была пятиактная опера «Риенци» на сюжет из итальянской истории XIV века и в стиле «большой» французской оперы – очевидная попытка попробовать себя в сочинении произведений не немецкого толка. Собственно, до великого симфониста и автора одной-единственной оперы, Бетховена, которого Вагнер боготворил, единственным выдающимся германоговорящим оперным композитором был Моцарт. Да, тот самый «итальянец Моцарт», с удовольствием и блеском писавший по италоязычным либретто своего приятеля Лоренцо да Понте… И оперы у друзей выходили легкие, как правило, без смертельных исходов, очень схожие с «родными» итальянскими операми-буфф.

Может, именно здесь зарыта та самая собака, которая потом даст повод говорить о противостоянии гигантов?

На момент творческих страданий молодого Вагнера истинно немецкой оперы практически не существовало. Неужели вознамерившись писать итальянскую или слегка французскую, одним словом – мелодичную оперу с драматичным сюжетом, он с его мрачновато-философским творческим мышлением просто не смог этого полноценно выполнить? Или понял, что ему там нет места? Позже он пойдет другим путем, изобретя свой собственный музыкальный язык, создав новую для того времени оперную реалию. Но вот какой-то осадок на душе гения от этих его не очень удачных экспериментов все-таки остался…

Так или иначе, а 1836-й год для обоих наших героев стал годом любви и свадеб.

5 мая Джузеппе обвенчался с Маргеритой, скромной, хорошенькой дочкой своего благодетеля Барецци. Считается, что это был брак по горячей взаимной любви. Но поговаривали, будто Верди, вынужденный из-за постоянных карьерных неудач вернуться к себе на родину, сделал это из благодарности к Барецци и просто для того, чтобы не утратить материальную поддержку. Брак этот мог быть очень счастливым, но, забегая вперед, скажем, что закончился он трагически – двое малышей и бедная Маргерита умерли, оставив совсем еще молодого Джузеппе в полном отчаянии.

Рихард закрутил страстный роман с молодой красивой актрисой и певицей Минной Планер. У той уже был незаконнорожденный ребенок, но это не помешало Рихарду 26 ноября жениться на ней. Брак этот также не принес Вагнеру ни семейного счастья, ни потомства.

Оба гения обрели крепкие союзы и душевный покой лишь со второй попытки, и у обоих путь к семейному благополучию был долог, тернист и извилист.

В 1862 году Вагнеру объявили амнистию за участие в мятеже 1849 года, и он, бросив больную жену в Париже, вернулся в Германию. Тут на него снизошли благодеяния царственного поклонника – баварского короля Людвига Второго, тоже весьма неоднозначной личности. Однако Рихард Вагнер и там не задержался: он завел роман с Козимой фон Бюлов, дочерью композитора Ференца Листа, тогда – женой директора Королевской оперы. Фон Бюлов на Вагнера ничуть за такое не обиделся, а Козима ушла жить к Рихарду. К моменту, когда они смогли оформить отношения, в 1870 году, у них уже было двое детей, сын и дочь. Еще одна дочь родилась уже в законном браке. Козима, которая была почти на 24 года моложе обожаемого супруга, окружила его такой заботой, что даже дала повод говорить, что избаловала мужа, потакая дурным сторонам его характера. Одно правда – Козима любила этого некрасивого, низкорослого человека фанатично и сделала все, чтобы он мог спокойно творить свои шедевры. Вагнер, кстати, сам признавался, что не может творить, если жены нет поблизости…

С певицей Джузеппиной Стреппони, которая была на пару лет моложе Верди, композитор познакомился в 1839 году, в пору пика ее карьеры, когда он сам только пробивался к вершинам. Считается, что именно исполнение ею главной женской роли способствовало успеху первой оперы Верди «Оберто, граф ди Сан-Бонифаччо». У Джузеппины к тому времени, после нескольких непродолжительных романов, было то ли двое, то ли трое незаконнорожденных детей, и кроме них ей приходилось содержать еще мать и сестру. Джузеппина была настоящей «звездой», но из-за излишней нагрузки она быстро утратила голос и в 1846 году, поселившись в Париже, давала уроки пения.

Их с Верди роман развивался не стремительно, они долго шли к пониманию того, что им хорошо вместе, а ему еще нужен ее опыт, сценический и человеческий. Верди приезжает в Париж навестить Джузеппину, и с этих пор они вместе. С 1848 года Джузеппе и Джузеппина открыто живут под одной крышей.

Почему свободный от брачных уз Верди почти одиннадцать лет не предлагал любимой женщине обвенчаться? Из-за ее прошлого «падшей»? Но он знал обо всем давным-давно. Не хотел обидеть своего благодетеля-тестя, приведя на место Маргериты женщину «полусвета»? Возможно… Джузеппина много вынесла из-за своего двусмысленного положения и долго ждала. Но 5 мая 1859 года она все-таки стала синьорой Верди и оставалась ею еще более четверти века.

В действительности, никакого особого противоречия в творческих подходах у композиторов не было. Оба они были реформаторами, оба считали, что опера должна быть цельным действом, спектаклем, где нет первостепенного и второстепенного. Даже узкие специалисты находят – при всей непохожести музыки – мало отличий в высказываниях композиторов об опере. Верди, к примеру, называл оперу музыкально-драматическим искусством, а Вагнер – музыкальным. Да, вокальные номера из вагнеровских опер не помурлычешь утром, а мелодии из опер его итальянского коллеги разлетались сразу после премьеры… А иногда и до таковой. Но и последние оперы Верди – «Отелло» и «Фальстаф» -тоже сложно поделить на веселые дуэты-ариетты.

Активные творческие годы композиторов, сороковые и семидесятые, тоже совпали. Но соперничали ли они за публику? Конечно, нет. Во времена, когда не было ни радио, ни звукозаписи, у театров не было особых проблем с заполняемостью залов под своей вывеской. Был бы хороший репертуар… У каждого из королей оперы была своя свита.

А то, что Вагнер любил Италию, очевидно. Сюда он ездил отдыхать со всем своим многочисленным семейством. И здесь, в Венеции, он закончил свой земной путь.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь